Wizardoftwilight
Прочитана "Цитадель" Антуана де Сент-Экзюпери. Почти полтора года назад я взял в руки эту книги, начал читать в метро по пути из института. Постепенно погружаясь в мир "Цитадели", знакомясь с теми образами, что дал Экзюпери, я начал свой путь через эту книгу. Шаг за шагом, камень за камнем прокладывая путь и строя свою цитадель. Эта книга даёт направление, понимание, стержень. Эта книга учит любить, понимать, что же это такое - любовь. "Цитадель" может дать ответы, быть молитвой и поводырём. Она - теодицея, она примиряет несправедливости и противоречия, учит видеть то, что над ними. Система повторяющихся из главы в главу образов и сюжетов углубляет понимание книги, помогает постепепенно проникнуть в смысл того, что говорит Экзюпери. "Цитадель" - не книга с сюжетом, она состоит из кирпичиков-рассуждений, которые вместе образуют храм, или крепость. Книга эта сурова и тверда, как государь, как гора, как пустыня - она поток, который придаёт форму камню. К ней можно возвращаться, перечитывать - она актуальна и не устареет.


Вот что сам Экзюпери писал о своей книге:

"...Хочу закончить свою книгу. Вот и все. Я меняю себя на нее. Мне кажется, что она вцепилась в меня, как якорь. В вечности меня спросят: "Как ты обошелся со своими дарованиями, что сделал для людей?" Поскольку я не погиб на войне, меняю себя не на войну, а на нечто другое. Кто поможет мне в этом, тот мой друг... Мне ничего не нужно. Ни денег, ни удовольствий, ни общества друзей. Мне жизненно необходим покой. Я не преследую никакой корыстной цели. Не нуждаюсь в одобрении. Я теперь в добром согласии с самим собой. Книга выйдет в свет, когда я умру, потому что мне никогда не довести ее до конца. У меня семьсот страниц. Если бы я просто разрабатывал эти семь сотен страниц горной породы, как для простой статьи, мне и то понадобилось бы десять лет, чтобы довести дело до завершения. Буду работать не мудря, покуда хватит сил. Ничем другим на свете я заниматься не стану. Сам по себе я не имею больше никакого значения и не представляю себе, в какие еще раздоры меня можно втянуть. Я чувствую, что мне угрожают, что я уязвим что время мое ограничено; я хочу завершить свое дерево. Гийоме погиб, я хочу поскорей завершить свое дерево. Хочу поскорей стать чем-то иным, не тем, что я сейчас. Я потерял интерес к самому себе. Мои зубы, печень и прочее -- все это трухляво и само по себе не представляет никакой ценности. К тому времени, когда придет пора умирать, я хочу превратиться в нечто иное.

Быть может, все это банально. Меня не уязвляет, что кому-нибудь это покажется банальным. Быть может, я обольщаюсь насчет своей книги; быть может, это будет всего лишь толстенный посредственный том, мне совершенно все равно - ведь это лучшее из того, чем я могу стать. Я должен найти это лучшее. Лучшее, чем умереть на войне.

...Будь смерть лучшим, на что я теперь способен, -- я готов умереть. Но я ощущаю в себе призвание к тому, что кажется мне еще лучше... Теперь я на всех смотрю с точки зрения своего труда и людей делю на тех, кто за меня и против меня. Благодаря войне, а потом и благодаря Гийоме я понял, что рано или поздно умру. Речь идет уже не об абстрактной поэтической смерти, которую мы считаем сентиментальным приключением и призываем в несчастьях. Ничего подобного. Я имею в виду не ту смерть, которую воображает себе шестнадцатилетний юнец, "уставший от жизни". Нет, я говорю о смерти мужчины. О смерти всерьез. О жизни, которая прожита..."

Из письма г-же Н.